Поначалу из экскурсий мы выбрали только одну и решили покататься на квадроциклах. Адиль,муж мой, бурчал – время я выбрала на рассвете, выезд из отеля в 4-15 утра. А мне вставать было легко – из-за четырехчасовой разницы во времени  просыпалась в 3-50. Ежедневно, как часы. Кружила по номеру . Сидела на балкончике – смотрела на спящий отель и слушала море. Потом снова залазила под одеялко. Засыпала до полшестого. Выходила полседьмого на утренний кофе и йогурт … К поездке на квадроциклах  мы готовились.  Прочла в отзывах , что нужны арафатки – платки , что бы закрыть лицо от пыли , и куртка , потому что ночью может быть холодно.

Не вопрос,надо так надо!


Квадроцикл оказался  послушным устойчивым  транспортом , и мне было легко. Дорога была грунтовая в пустыне , петляла между этими специфическими синайскими горушками , пылила отчаянно. И мы приехали к какой-то  горе повыше . Вокруг висела утренняя серость , и все вокруг было тихим и каким-то умиротворенным . В какие-то минутки серость стала редеть , за морем вынырнул золотистый бочок . И тут я поняла, почему египтяне (и не только они )веками поклонялись солнцу . Все горы вокруг, даже пыль под ногами , все стало золотым. Живым. И небо . И дальнее море. Это было всего несколько секунд – и это было чудом…  

Все потом – и остановка в зачуханном бедуинском селении, и их невнятный чай в малюсеньких стаканах, и квадроцикл, доставшийся мне по ошибке и ехавший на предельной скорости сам по себе (всю дорогу отчаянно приходилось жать на тормоз) – просто померкло перед картинкой этого светящегося рассветом мира .

Наша турфирма предложила нам прокатиться на обзорную экскурсию по Шарм эль Шейху. Я люблю обзорки – всегда выплывает какая-нибудь интересная информация, которой и знать не знал. И мы поехали.  Первая остановка – мечеть Эль – Мустафа. Конечно же , нельзя входить с непокрытой головой , в короткой юбке или шортах ,  все заголенные укутываются кто во что горазд – шарфы , арафатки, палантины , мастерки. 


Наша живописная группа , разувшись , входит в основное помещение. Оно очень большое. К моему удивлению, убранство этой знаменитой мечети довольно аскетичное – со слов гида , ничто не должно отвлекать человека от мыслей о Всевышнем. Так как в нашей группе преобладают женщины , мы переходим в отделенную резной деревянной ширмой женскую часть зала. Гид рассказывает о том , как совершается намаз , очень подробно , постепенно я перестаю вслушиваться – гид у нас русскоговорящий, но все же египтянин, и его акцент постепенно начинает напрягать … В общем, половина его рассказа прошла мимо меня.

 

А потом была церковь. Приехали мы уже в сумерках, и храм светился и сиял всеми куполами. Это очень величественное и красивое здание. Сказать честно, я никогда не интересовалась историей церкви. Все мои познания исчерпываются делением христианской церкви на православную и католическую. 


О Коптской я услышала впервые. Смотрела на странные кружевные кресты, непривычно темное убранство внутри и никак не могла понять свои ощущения. Наш гид – мусульманин, и мы ожидали, пока закончится экскурсия у предыдущей – англоязычной группы и служитель церкви сможет уделить внимание и нам. Ни одной иконы. Стены и своды сплошь расписаны библейскими сюжетами. Прекрасные витражи в огромных окнах. Два ряда внушительных скамеек темного дерева – на полочке каждой небольшой томик.  Деревянные кружева на перильцах, такие же –опоясывают террасы хоров.


Я разглядывала роспись, прислушиваясь к себе. Для меня все храмы - и христианские, и мусульманские, и буддистские – делятся на две категории. В одних мне тепло и волнительно. В них есть ощущение присутствия чего-то непостижимого. В них хочется благодарить за то, что у тебя есть- и знаешь, что есть шансы быть услышанным. В них всегда есть изображение, которое смотрит прямо на тебя, прямо внутрь тебя. Или такое местечко, где даже в окружении многих ты – в уединении. А другие – они могут быть прекрасными архитектурными памятниками, и быть украшены роскошно … Но там бывает очень … пусто. Что-то не так. Это место не оставляет следа в душе и памяти.

 Я ощущала на себе взгляд. Вокруг меня были люди – наши туристы и библейские герои, написанные на стенах в рост человека. Я потерянно кружила по этому большому помещению.

А потом нас пригласил гид – служитель этой церкви. Это был невысокий юноша, и он очень певуче говорил по-русски. Он рассказал, что коптская церковь – самая древняя христианская, и христиане живут в Египте уже много веков бок о бок с мусульманами. Рассказал о праздниках, о библейских сюжетах, о людях, которые приходят в эту церковь. О том, что она совсем недавно отстроена, и всего два художника с помощниками расписали ее за два года. Что церковь, хоть и православная, находится в епархии Римской католической. О том, как строится жизнь христианина в Египте. Как заключаются браки – мужчина христианин не может жениться на мусульманке, а девушке – христианке можно выйти замуж за мусульманина. У каждого христианина в Египте на правом запястье с тыльной стороны есть маленькая татуировка- кружевной крестик. Его рассказ был интересен и содержателен, и наша группа собралась вокруг него плотным кольцом. Я оказалась чуть поодаль – и мне было видно, что туристы смотрят на роспись на потолке , на витражи, на алтарь- но самым удивительным тут был именно этот юноша. Все, что он произносил, не было заученным текстом, это было какое-то бесконечное признание в любви всему, что его окружает. Раньше, читая словосочетания «весь сияет» и «одухотворенный человек» , всегда думала, что это ,ну скажем , некоторое преувеличение. Теперь, глядя на него, поняла, что просто раньше я никогда не видела настолько абсолютно счастливых своим существованием людей. Он был полон осознанием присутствия Бога, собственной сопричастности к чему-то огромному, непостижимому и безусловно прекрасному. Ни секунды сомнения. Ни проблеска того безумного фанатизма , что так часто встречается у людей верующих – но не уверовавших. Такие как он редки , они тверды в вере своей и прозрачны в помыслах. Похожи на бриллианты. Им нечего пожелать – у них есть все, что нужно. Их вера. Мне стало так тепло и легко на душе , захотелось побыть здесь еще – хотя бы недолго. Подняла взгляд к дальнему своду над хорами – и увидела то, что искала.


У каждого из нас припасены молитвы и просьбы. Он услышит , обязательно. А я всегда забываю… И говорю только спасибо за всех , кто рядом со мною. И свечи ставлю . Какое счастье, что я поехала на эту экскурсию…

Совершенно неожиданно у нас образовалась еще одна поездка. Ахмед предложил помощь своего друга , организующего экскурсии в Дахаб –на Голубую дыру. И мы решили  - надо ехать! Ведь это уникальной красоты место , единственное в своем роде на планете. Коралловая лагуна метров восемьдесят диаметром у самого берега.  Стометровой глубины колодец с белым песком на дне и мириадами цветных рыбок и кораллов. Поездка на целый день, с остановкой в горах и в городке на обратной дороге. И вот утром перед выходом из номера говорит нам телевизор человеческим голосом : «В связи с произошедшими на севере полуострова Синай терактами просим воздержаться туристов от поездок и экскурсий.» Жесть. И мы – конечно же, едем. Встречает нас на ресепшен очень черный человек. Нет, не негр, а сильно загорелый араб. Фактически обугленный местным солнцем. По русски и английски- ни слова. Ни даже полслова. Нет, вру- говорит нам слово «джип». При этом делает круглые , очень многозначительные глаза. Мы не собирались на джип-сафари… А-а-а! Поздняк метаться. Садимся в джип. Наша спутница Елена , приятная и позитивная женщина, очень оптимистично настроена. В смысле она тоже не уверенна, куда мы едем, но что это не джип-сафари- это сто процентов. И мы куда-то едем. Машин две, и в первую по дороге набивается человек десять жаждущих приключений. 


А мы  почему-то так и едем втроем. На первой остановке выясняется , что у нас все же есть гид, просто роскошно – практически без акцента – говорящий по русски. И нашу группу –о , ужас! –теперь называют «Хабибушки». И что в составе группы четверо итальянцев- две дамы немного за сорок и двое мужчин - подтянутых и загоревших ,они все вместе яростно жестикулируют  и говорят  нечто разное , но хором. Когда мы по прежнему втроем грузились обратно в машину , а все остальные – в другую – я про себя воскликнула : «Алиллуйя!». На следующей остановке – какая-то придорожная кафешка с катером посреди пустыни , достопримечательностью в виде  старой еврейской могилы и козой. 


Лучшей оказалась коза. Она проворно взгромоздилась на уличный столик при виде выгружавшихся из машин нас , и поворачивала свою изящную большеглазую мордень туда , где видела объектив. Когда уже все на нее налюбовались , она продолжала шастать в кафе и вокруг за теми, у кого в руках или на шее был фотоаппарат.

Следующая остановка – в каких-то горушках невнятных . Камни , узенькие проходы между отвесными склонами , небо где –то высоко. Каменные реки. Иду. Карабкаюсь. Скидываю обувь – поднимаюсь по небольшой отвесной скалушке. В длинном  (солнценепроницаемом ) платье.


У меня с собой защитный крем – и я походная скорая помощь. В любой компании всегда есть запасливая тетка , у которой с собой все самое нужное . Неожиданно для себя я оказалась такой теткой – запасной платок   от солнца , и кремчик , и обе руки свободные – могу подать , если чего… Добредаем до какого-то раскидистого кусточка, и наш развеселый гид , явно замыслив недоброе , хитро щурясь , сообщает, что плоды этого растения – роскошная «Виагра». 


Не успел отреагировать никто ,кроме резвой итальянки. Она всполошилась , взмахнула неугомонными своими руками , выдрала из глубины покрытого шипами куста невзрачный плод и , полная радужных надежд, повернулась к спутнику. Они снова что-то вчетвером разом залопотали, замахали руками, смуглый итальянец , не переставая что-то энергично доказывать, налился отчаянной пунцовостью… Боже , какая страстная нация… Требующая полной физической  отдачи даже при обычном разговоре…  Вытворив такую штуку на глазах у изумленной публики, любая получила бы от мужчины самое меньшее заслуженную  оплеуху. А они вон- обсуждают всей компанией. Эмансипация и свобода .

И все же мы добрались наконец до Голубой дыры. Море – море было очень темным. Неприветливым. Волна настойчиво билась о берег, и даже кораллы не уменьшали напора этой тяжелой могучей силы. Прямо на отвесной скале – таблички и доски. Кладбище дайверов. На разных языках. В разное время. Молодые сильные мужчины, опытные пловцы и дайверы. Море не прощает и малейших ошибок…


Нас снова сбивают в стайку, плыть будем вдоль кораллов от спуска в воду до самого колодца дыры метров двести. В открытое море не выплывать, от группы не отставать. Потом любуемся на то, ради чего приехали – и выходим на берег. Вода теплая – она только прикидывалась хмурой и неприветливой! Сначала плывем рядом, потом всех растаскивает волной и течением – я оказываюсь одна. Плыву вдоль кораллов – рыбок не много, наверное, из-за погоды… Но все, что попадается мне на глаза- восхитительно…Как всегда, совершенно забываю о времени. Все время приходится отплывать от рифа – волной просто приплющивает к этой местами ядовитой цветной стене. Я без жилета, поэтому бороться с течением легче, чем остальным. Смотрю, ищу, выискиваю.  Добычей моей становится красногрудый хейлин , парочка большеглазых окуней  приличных размеров, целая орава ярко-синих губанчиков и роскошный диадемовый еж. Его я разглядела, сама не знаю как, за рогами огненного коралла.  Всех остальных обитателей коралловых зарослей я уже успела увидеть в Миленьком Синае… Что ж, отличный улов. Жаль только, что в связи с неспокойной водой видимость несколько ухудшилась и сам колодец Голубой дыры смотрелся просто как бездонный кусок моря. Куда-то в эту бездну вдоль натянутых тросов погружались неисчислимым количеством дайверы, и мы, народ с масками, путались у них под ластами. Посему я решила выйти из воды.

Выход из морских пучин – самое потрясающее зрелище, которое может продемонстрировать женщина миру.  Ну, если вспомнить историю, то на брег песчаный и пустой все время кто-нибудь выходит. То Афродита. То Клеопатра.  То Волочкова… (Опустим эпизод про дружину Черномора , ну не о них же речь… Хотя никто из них не поскользнулся и ни разу не грохнулся , надо отдать должное…) Но фокус этот не давался мне ни одном побережье мира… Ни разу. Обычно я иду очень осторожно… Но выбирая, куда же поставить ногу – и не порезаться, не поскользнуться, не наступить на что-нибудь живое и колючее – бреду в воде , как испуганный  бегемотик … На этот раз я промахнулась и попала ногой в щель между камнями. Нет , я конечно сама себя спасла – но снова , в очередной раз , покидала воду не комильфо , выползая на берег чуть ли не на четвереньках … Наверное , надо сдаться и принять как должное  : обольщение – не мой конек… 

А потом мы что-то ели в местном ресторанчике, сидя на бедуинских цветных покрывалах, и пили потрясающий коктейль из гуавы, клубники и манго. И грелись.

Джипы наши куда –то отъехали , и нас пригласили покататься на верблюдах . Ну как пригласили – подвели , посадили, сфоткали – и вперед!

 

Верблюды были в караване – привязаны друг к другу не длиной веревкой.  Иногда они зверски рычали , взгляд их всех поголовно был презрителен, седло жестким , отсутствие стремян доставляло неудобство – но я к ним  все равно  прониклась всей душой. У них были длиннющие ресницы.  Вообще , это возмутительно. В этой стране у мужчин и верблюдов просто наглой длины и роскошности ресницы. Как им это удается , а главное – зачем?  Караван наш двигался мерным шагом , и лишь неугомонная итальянка , сидящая на верблюде , шедшим передо мной, периодически взвизгивала – и ,я думаю , материлась по-итальянски. Ей приходилось несладко – она все время заваливалась набок , а мой верблюд тут как тут – совал свою любопытную морду ей под бочок. Чем несказанно пугал ее еще больше. А я заподозрила – может , ему нравилось , как она кричит?

 

Обратный путь был уже затемно. Ненадолго мы заехали на небольшой рыночек с сувенирами и сильно разбавленными маслами , покупать было нечего , кроме … Кроме одеял из верблюжьей шерсти. Очень мягких . Не колючих. Тоненьких. Очень белых и ярко-красных. Полуторка стоила 30 долларов , а двухспалка- 45  .И мы купили их себе домой и на подарки. Все , теперь точно можно возвращаться.Я вовсе не чувствовала себя уставшей , море снова легко смыло с меня все пыльное и нехорошее.

окончание следует...