Госдума присмотрела себе палаты XVII века

Приспособить дворец XVII века под думские нужды легко. Испортить, к несчастью, тоже.

ÐалаÑÑ Ð±Ð¾ÑÑ Ð¢ÑоекÑÑовÑÑ Ð² ÐеоÑгиевÑком пеÑеÑлке. ÐокÑÑг â ÐºÐ¾Ð¼Ð¿Ð»ÐµÐºÑ ÐоÑдÑÐ¼Ñ (Ðдание бÑвÑего ÐоÑплана â ÑÑаÐÑ Ðа палаÑами)

Когда в стенах Государственной думы начали борьбу с курением, добрые люди показали мне неприметную дверь в закоулке на первом этаже. Через нее можно было выйти во двор, в закрытое режимное пространство между старым и новым корпусами Госдумы. И не просто отравить организм, но и заодно поразглядывать заложника этого пространства — драгоценный памятник архитектуры XVII столетия, палаты боярина Ивана Борисовича Троекурова. Правда, разглядеть можно было немного: палаты были уже давно занавешены полотнами фальшфасадов, из-под которых виднелись внизу лишь потрескавшаяся кирпичная кладка да осыпавшаяся штукатурка.

Палаты годами пустовали и не использовались. И вот наконец объявлено, что начинается их долгожданная реставрация. Можно порадоваться… Но все-таки хочется уверенности, что после нее палаты останутся памятником архитектуры XVII века. А не творением современных гениев «приспособления объекта культурного наследия к современному использованию».

ÐаÑÑинки по ÐапÑоÑÑ Ð¿Ð°Ð»Ð°ÑÑ ÑÑоекÑÑова в оÑоÑном ÑÑдÑ

Здесь был музей

Не знаю, много ли осталось в Москве людей, которые помнят, что палаты Троекурова в Георгиевском переулке когда-то были общедоступны и снаружи, и внутри, поскольку в них до середины 1980-х находился Музей музыкальной культуры имени Глинки. Потом он переехал в новое здание, а палаты оказались в ведении советского Госплана, занимавшего тогда нынешний комплекс Госдумы. Помнится, году в 1987-м я написал в «Собеседнике» статью о закрытости столичных архитектурных памятников для желающей их осмотреть публики, там было несколько примеров, так вот, именно из Госплана, далекого, казалось бы, от краеведческого просветительства, в газету тогда пришло письмо, сообщавшее о готовности организовывать экскурсии в палаты Троекурова. Госплан, как мы помним, вскоре унесло в Лету, а вот палаты советскую эпоху пережили. До середины 1990-х к ним можно было еще подойти, но в 1994-м, после вселения Госдумы на Охотный ряд, территорию огородили.

ÐалаÑÑ ÐолиÑÑна в ÐÑоÑном Ð ÑÐ´Ñ Ð² XVII веке

Палаты Голицына в Охотном Ряду в XVII веке. Реконструкция Д.П.Сухова. 1936 год. На заднем плане за галереей виднеются палаты Троекуровых. Источник: http://историк.рф/journal/другой-охотный-ряд/

Палаты Троекуровых в Москве: гибнущий памятник XVII века

С тех пор прошло — страшно подумать — 25 лет, а палаты так и пустуют за непроницаемым и неприступным забором. За эти годы родилось и умерло несколько инициатив по возвращению их в культурную, общественную и туристическую жизнь (Музей детских театров, Музей археологии Москвы, Музей Государственной думы и другие). В 2013 году столичный «Архнадзор» направлял запрос о судьбе памятника в Управление делами президента РФ и получил официальный ответ: рассматривается вопрос о размещении в палатах «Выставочно-делового центра Государственной думы» и после реставрации «объект будет доступен рядовым москвичам и гостям столицы».

Уже 2019 год, палаты и ныне за забором. С Георгиевского переулка даже разглядеть их непросто: от поста охраны видна лишь часть третьего, верхнего, этажа.

Вот такой доступ к культурным ценностям (между прочим, это записанное в Конституции право граждан России).

И совершенно дико, что даже спустя 25 лет после взятия палат Троекурова в административно-режимный плен в Москве не обсуждается открыто и публично вопрос о возвращении их городу и миру — не как объекта собственности, а как замечательного памятника истории и культуры, который заслуживает лучшей участи, нежели думский офис, в который его хотят теперь преобразовать.

ÐаÑÑинки по ÐапÑоÑÑ Ð¿Ð°Ð»Ð°ÑÑ ÑÑоекÑÑова в оÑоÑном ÑÑдÑ

Дворец боярина-министра

И это не просто дежурные слова, хотя любое каменное здание XVII века — для России очень большая ценность. В слове «палаты» — тот же корень, что в английском palace или итальянском palazzo: иными словами, речь о дворце. Палаты Троекурова описаны во всех учебниках по истории русского зодчества именно как один из роскошных московских дворцов конца XVII столетия. Именно тогда он обрел третий этаж с галереей-гульбищем. Реставрация 1950–1960-х приблизила облик памятника к историческому: был восстановлен декор фасадов, а срубленные роскошные наличники верхнего этажа, вернее, их остатки, вскрытые реставраторами, выделены на фасадах белой окраской. А вообще, история этих палат восходит к XVI веку, от той эпохи сохранились подклеты и, возможно, три сводчатых зала первого этажа.

Не менее интересна и личность хозяина, боярина Ивана Троекурова. В правительстве Московского царства он занимал ключевые должности: возглавлял в разное время приказы Большой казны, Иноземский, Рейтарский и Судный. То есть, говоря современным языком, исполнял должности министра финансов, внешнеэкономических сношений, замминистра обороны и председателя Верховного суда. Поддержав молодого Петра I в борьбе за трон с царевной Софьей, Троекуров был назначен главой Стрелецкого приказа (в это время он уже жил в палатах близ Охотного ряда), то есть командующим регулярными войсками России и личной гвардией царя. Петр I, свидетельствуют историки, неоднократно бывал в гостях у боярина Троекурова.

А есть ведь еще увлекательная история открытия и частичной реставрации палат Троекурова в 1920-е годы — никто ведь и не подозревал до того времени, что они, переделанные до неузнаваемости в XIX веке, сохранились. Есть их описания, сделанные корифеями — Игорем Грабарем, Петром Барановским.

Какой роскошный музей здесь можно создать! Хоть филиал Исторического, хоть филиал Музея Москвы…

ÐаÑÑинки по ÐапÑоÑÑ Ð¿Ð°Ð»Ð°ÑÑ ÑÑоекÑÑова в оÑоÑном ÑÑдÑ

Здесь будет офис

Коллеги из «Коммерсанта» максимально облегчили мне задачу, исследовав в недавней статье (см. «Коммерсантъ» за 04.02.2019) всю предысторию и подноготную нынешней «реставрации с приспособлением», которая должна начаться в самое ближайшее время. В том числе и причудливую схему, по которой палаты переданы из федеральной собственности в собственность Москвы и реставрироваться будут из столичного бюджета. А потом использоваться депутатами. Так, по сведениям «Коммерсанта», договорились председатель Госдумы Вячеслав Володин и мэр Москвы Сергей Собянин.

Итак, разыгранный столичными властями госконтракт на реставрацию за 799,5 млн рублей получила строительная компания «Флан-М». Конкурс был признан несостоявшимся по причине снятия с дистанции второго участника (РСК «Архитектурное наследие»). На официальном сайте «Флан-М», кстати, можно обнаружить сведения о выполненных ею реставрационных работах — на нескольких домах и православных храмах Москвы, Подмосковья, Калуги и даже в Гаване и на реке Иордан. Вероятно, так совпало, что эта же компания, если верить ее сайту, занимается сейчас ремонтно-реставрационными работами на здании Московской мэрии на Тверской, 13.

После реставрации, которая должна завершиться к концу 2019 года, в палатах Троекурова поселятся думские комитеты по международным делам и делам СНГ. 43 кабинета, 100 рабочих мест, 10 приемных, зал заседаний, мебель повышенной комфортности, 66 сейфов, 137 компьютеров и 46 электрочайников — все учтено госконтрактом, все для блага слуг народа. 

ÐоÑожее иÐобÑажение

Москва Наума Грановского

Проект с окнами Velux

Контракт уже разыгран, а на официальном сайте Мосгорнаследия все еще идет (до 14 февраля) общественное обсуждение акта государственной историко-культурной экспертизы проекта реставрации и приспособления памятника, выполненной экспертами Сергеем Соколовым, Еленой Скрынниковой и Еленой Воронцовой. Экспертиза, разумеется, дает столь важному для Москвы и Госдумы проекту положительную оценку и признает его соответствующим «требованиям государственной охраны объектов культурного наследия».

Вот интересно, чисто теоретически — если вдруг Мосгорнаследие не согласится с выводами экспертов и проект не согласует, что, тогда контракт признавать недействительным? Хотя, конечно, в 2018 году оно проект уже согласовывало: но после Главгосэкспертизы возникли некие технические коррективы и теперь процедура согласования перезапущена. Принципиальный, согласитесь, вопрос: а как можно вообще проводить конкурс на работы на объекте культурного наследия федерального значения, если их проект даже не согласован окончательно госорганом охраны памятников?

ÐаÑÑинки по ÐапÑоÑÑ Ð¿Ð°Ð»Ð°ÑÑ ÑÑоекÑÑова в оÑоÑном ÑÑдÑ

Теперь подробности. Проект (забавно, что его разрабатывало, как и эту экспертизу заказывало, РСК «Архитектурное наследие», уступившее «Флан-М» госконтракт) предусматривает укрепление фундаментов, вычинку и восстановление кладки стен и сводов, реставрацию декора фасадов. А также восстановление утраченных элементов убранства (наличников, полуколонн) и парапета гульбища. Все это либо действительно необходимо памятнику, либо допустимо по нашим реставрационным традициям.

Но вот уже дальше начинается «приспособление». В сводчатых помещениях цокольного этажа, то есть там, где наиболее велики шансы обнаружить в палатах XVI век, увеличивается высота — за счет понижения уровня пола. В стенах пробиваются новые дверные проемы — понятно, в доме боярина Троекурова не было 24 рабочих кабинетов и зала заседаний.

Далее по списку — площадь дома увеличивается на 800 кв. метров, новые лестницы, новые перегородки, лифт, монолитное перекрытие третьего этажа (это на прославленном-то памятнике XVII века!), мансардный этаж под высокой «боярской» кровлей (как она выглядела в XVII веке — могут быть только гипотезы). И как вишенка на торте — мансардные окна Velux для освещения новых кабинетов и некая застекленная терраса.

Простите, но у боярина Троекурова на было окон Velux и застекленных террас!

А если они теперь будут, то это уже никакая не реставрация.

Да, еще предусмотрен надземный переход в Госдуму, то есть внедрение новой конструкции в памятник и изменение его внешнего восприятия.

А еще — «фрагментарная замена конструкций памятника».  И под всем этим подписываются эксперты, соглашаясь даже с изменением «предмета охраны» памятника. И признают это все соответствующим требованиям закона.

Константин Михайлов, главный редактор сайта «Хранители наследия»